Попасть в Саблинские пещеры возможно через входы на обрывах речки Тосны около местечка Ульяновка. Нетрудно догадаться, что собственным названием эта захолустная деревушка должна небезызвестному Ильичу, коий предпочитал заглядывать сюда в первых числах века прошлого. Ильича как говорится привлекали различные укромные поселки: то он залезет в шалаш либо запломбированный вагон, то уносит ноги по льду Финского залива, а то на уверенностью скорости петляет по замысловатым лабиринтам Саблинских пещер, как скоро добрый старичок-жандарм ковыляет к его жилищу, чтобы поставить Ильичу внешне за крамолу, распространяемую из числа районного рабочего класса. Признатся необходим был Ильич злоумышленникам из монаршей охранки" не более, чем "неуловимый Джо" из знаменитого анекдота. Приложил предводитель руку либо кое-что другое и к ещё одной достопримечательности Ульяновки - возникновению династии плешивых, адепты коей живут и здравствуют по сей день.

        История, коию я пытаюсь вам сообщать, случилась уже в иные деньки - лет эдак двадцать тому назад. Стоял на берегу речки Тосненки одинокий домишко старушки Матвеевны. Ну и, как водится, жил-был у бабушки серенький козлик. Вернее в том числе и не козлик, а здоровенный бородатый козлище по прозвищу Ерофеич. Имел, вестимо, Ерофеич и свой гарем из 5 молодых козочек. Бабка, не взирая на преклонные годы, бывшего проворства не потеряла и усердно осуществляла торговлю на районном рынке молоком и овощами, нагло попирая при всем при этом светлые эталоны отца династии плешивых. Как-то раз задержалась она на рынке больше обыкновенного, и козлиное стадо забралось в погреб, уничтожив запасы моркови, на реализации коей Матвеевна полагалась нажить себе состояние. К несчастью, из подполья почти всех старожилов возможно попасть напрямик в пещеру Помойка, ныне целомудренно именуемую Левобережной. Не был исключением и погребок нашей Матвеевны. Сожрав всю морковку, козы залезли в подземные ходы и устремились по Козлиному тоннелю в заозёрную часть Помойки. Там, вдали от людских глаз, притаился чудо-островок, поросший сочными травами, согретыми солнечными лучами, пробивающимися через щели в пещерном своде.

        Вернувшись домой, Матвеевна незамедлительно взяла в толк в чём дело и, недолго думая, углубилась в витиеватые пещерные лабиринты. Что было далее, возможно лишь предполагать. Не так давно в "Вестях" написали, что козочки вышли часа через 3, а Матвеевну подыскивали 2 дня. Это, естесственно, правда, хотя не вся. Искать-то подыскивали, впрочем, но и не обнаружили. И дураков забираться в паутину пещерных галерей Помойки сыскалось чуть-чуть. Островок и Козлиный тоннель потом случая куда-то пропали и, заявляют, бывает замечено лишь раз в году в сутки пропадания Матвеевны. Как скоро непосредственно, не заявлю, дабы не брать грех на душу. По одной версии Матвеевна стала мамой районного Белого спелеолога, а по иной Козьей мамой. Ходит она по пещерам и ищет собственных козочек. Встретит кого из путников - предлагает скушать морковку и испить водицы из подземного озера. Не употребляйте водичку - козлёночком будете! На том острове у Матвеевны уже многое стадо собралось. Лишь вот оптимальную кандидатуру на роль Ерофеича она покуда не подыскала. И, раз увидите в пещере бабульку с морковкой в руке - не слушайте её и идите собственной дорогой: авось всё и обойдётся.